Открытие внутренних областей Восточной Европы

И. П. Магидович, В. И. Магидович  "Очерки по истории географических открытий"

 

Подлинное открытие всей системы Днепра (длина 2200 км, площадь бассейна 504 тыс. км2) было совершено жителями Киевской Руси, раннефеодального государства, образовавшегося на рубеже VIII—IX вв. Центром его стал Киев, возникший не позднее VII в. на правом берегу Днепра, ниже устья Десны, близ южной границы лесной полосы. По сказанию, записанному в Армении еще в VII в., основали город на земле славян-полян три родовых вождя, три брата, из которых старший был князь Кий.

Важнейшие историко-географические сведения о Руси и вообще о Восточной Европе в средневековой литературе дает «Повесть временных лет», законченная около 1113 г., как полагают, киевским монахом Нестором. Доказано, что она является общерусским летописным сводом, составленным на основе по крайней мере четырех не дошедших до пас летописей 1037—1093 гг.— трех киевских и новгородской. Первая запись в «Повести...» датирована 852 г. Перед погодными записями помещена историко-географическая сводка, написанная, видимо, самим Нестором при окончании им «Повести...», но частично переработанная позднейшими редакторами летописи. (Дальше мы для краткости называем составителя «Повести...» Нестором.) Начнем мы с великих речных путей, так как именно они являются лучшими ориентирами для представления о том, что внесли в средневековую географию русские.

К X в. материк пересекли два великих древнерусских торговых водных пути. Они вели от Балтийского моря; один — на юг, по Днепру к Черному морю, другой — на юго-восток, по Волге к Каспию, причем обе реки использовались почти на всем протяжении. По ним из Восточной Европы на юг доставлялись главным образом пушнина, мед, воск: по Днепру — в Византию, по Волге — в арабские владения и в Индию. Днепровский путь «...был из варяг в греки и из грек по Днепру, а в верховьях Днепра — волок до Ловати а по Ловати можно войти в Ильмень, озеро великое; из него же вытекает Волхов и впадает в озеро великое Нево [Ладожское, 17,7 тыс. км2] и устье того озера [р. Нева] впадает в море Варяжское... Днепр же вытекает из Оковского леса [Валдайская возвышенность] и течет на юг, а Двина [Западная] из того же леса течет... на север и впадает в море Варяжское. Из того же леса течет Волга и впадает семьюдесятью устьями в море Хвалисское [Каспий]. Так из Руси можно плыть по Волге в Болгары и в Хвалисы [Хорезм]... а по Двине в землю варягов... А Днепр впадает... в Понт; это море слывет Русским...» Открытие и обследование русскими системы Днепра в IX—XI вв. шло с юга на север. Ядром Киевской Руси была земля полян, занимавших междуречье двух правых притоков Днепра, текущих с запада, Тетерева и Роси, а на левом берегу — полосу между низовьями Десны и Сулы.

Древнерусские торговые пути

К востоку и северо-востоку от полян жили северяне, а они, по Нестору, «...сели на Десне, и по Сейму, и по Суле», берущей начало на северо-западном склоне Среднерусской возвышенности. На востоке земля северян доходила до Псела, текущего с южной части той же возвышенности, а за ним простиралась степь — поле, где кочевали тюркоязычные бесписьменные народы — печенеги, а с середины XI в.— кыпчаки (половцы русских летописцев, куманы западных хронистов). Сейм, правый приток Десны, доводил северян до Центральной части Среднерусской возвышенности; истоки его и Псела сближены. На верхнем Сейме в защиту от кочевников был построен Курск; из этой крепости и выходили «...куряне — дружина бывалая... пути ими исхожены, овраги ведомы...» («Слово о полку Игореве»). А разведали они пути до «Онца малого» — Северского Донца. Начинается он на возвышенности близ истоков Псела и Сейма и впадает в «Дон великий». Наконец, по Десне, текущей с южного склона широтной Смоленской возвышенности, северяне поднимались по крайней мере до дремучих «Брынсних лесов».

На Соже, между верхней Десной и Днепром, жили радимичи. Их северными соседями были кривичи, «сидящие в верховьях Волги, и Двины, и Днепра, их же город — Смоленск». Стоял ои на правом берегу Днепра (в 10 км ниже современного). На правобережье Днепра, выше полян, главным образом между Тетеревом и нижней Припятью, также жили славяне, «...а назывались древлянами, потому что сели в лесах, а еще другие сели между Припятью и Двиной и назывались дреговичами...» — вероятно, от слова «дрягва» (по В. Далю — болото, трясина): бассейн Припяти — низменная, самая заболоченная часть Полесья, особенно в центре — Пинские болота. Ниже кривичей по Западной Двине была земля полочан с центром в г. Полоцке. На севере жили те славяне, которые «сели около озера Ильмень, прозвались... словене, и построили город, и назвали его Новгородом». В низовье реки Великой, впадающей с юга в Псковское озеро (710 км2), возник Псков; новгородцы обычно ходили туда по Шелони, поднимаясь от Ильменя по реке до ее луки. До середины X в. новгородцы освоили также реку Лугу, впадающую в Финский залив, и восточный приток Ильменя — Мету.

Из славянских народов, которые «сидят близ моря Варяжского», Нестор называет сначала только ляхов, из неславянских — пруссов и чудь, хотя туг же перечисляет ряд других восточных прибалтийских народов: «ямь, литва, зимигола [земгалы], корсь [курши], летгола [латгалы], ливы». И все эти этнические названия, кроме пруссов, впервые появляются в историко-географической литературе. Литовцы занимали, как и теперь, главным образом бассейн нижнего Немана (Нямунас). Их северными соседями были позднее слившиеся с ними жемайты (жмудь), жившие по верхней Венте, текущей с Жемайтской возвышенности в Балтийское море. (Нестор не выделяет их из «литвы».)

Земгалы, курши и латгалы — древнелатышские племена. Земгалы жили на южном берегу Рижского залива, в бассейне реки Лиелупе, пересекающей Земгальскую низменность и впадающей в залив близ устья Даугавы. Курши сидели к западу от них, в приморской полосе между Ирбенским проливом и Куршским заливом, на Курземской возвышенности. Около VIII в. на их землю часто делали набеги норманны, временно захватывавшие прибрежные пункты, пока сами курши (куроны) не стали совершать морские походы на Датские острова и Южную Скандинавию — о них говорят позднейшие хронисты. Латгалы, по которым вся страна называется Латвией, а нация — латышами (латвиеши), жили к северу от земгалов, на Даугаве и в бассейне реки Гауя, занимая, в частности, междуречную Видземскую возвышенность.

Ливы, родственные финнам, северные соседи латгалов и куршей, в значительной мере смешались с ними. Оттесненные к взморью, ливы были первым народом, с которым в XII в. столкнулись немецкие мореходы, а за ними крестоносцы, и те всю Восточную Прибалтику до Финского залива назвали Ливонией. Финнов, живших восточнее ями, Нестор объединяет общим термином «чудь», но затем выделяет «заволочьскую чудь», которую комментаторы чаще всего отождествляют, правда с оговорками, с карелами (карьяла). К чуди он относит также племена, жившие на южном берегу Финского залива и у пролива Муху. Из них самые многочисленные — предки эстонцев. Они и тогда занимали западные берега озер Чудского (Пейпси, около 3600 км2) и Псковского, бассейна озера Выртсъярв и реки Пярну, а также острова у входа в Рижский залив, отделенные от материка проливами Муху на востоке и Ирбенским на юге, — Моонзундский архипелаг.

Волжский древнерусский путь от верховьев до устья широко использовался уже в VIII—X вв., о чем свидетельствуют найденные на разных его участках многочисленные клады арабских монет с надписями, выполненными древнейшим арабским, куфическим письмом. Они обнаружены и к северо-востоку от Валдайской возвышенности, которую огибает Мета до впадения ее в Ильмень. Истоки Меты и левых притоков верхней Волги, Тверцы и Мологи, очень близки, и волоки между ними посещались часто. Более действенной связь была между Метой и Мологой. От нее спускались до устья Которосли, где около 1010 г. Ярослав Мудрый основал Ярославль; оттуда, судя по находкам кладов и монет, обычно ходили до устья Оки не по Волге, а обходным путем: поднимались по Которосли до озера Неро, к г. Ростову, переходили на р. Нерль, левый приток Клязьмы, и по ней спускались до Оки, в устье которой в 1221 г. возник Нижний Новгород.

В бассейне Оки, берущей начало в центре Среднерусской возвышенности, издавна жили славяне-вятичи вперемешку с финно-угорскими племенами. Их них Нестор упоминает мерю, мурому и мордву. «...Сидит... на Ростовском озере меря, а на Клещине озере также меря. А по реке Оке — там, где она впадает в Волгу,— мурома... и мордва... дающие дань Руси...— эти говорят на своих язы-ках...» Озеро Клещино (Плещеево) лежит у северо-восточного склона Московской возвышенности, а Неро — в 55 км от него. Следовательно, по Нестору, меря в его время занимала лишь небольшую часть правобережья верхней Волги. Мурома, центром которой был г. Муром, обитала в междуречье нижней Оки и средней Волги. Ростов и Муром впервые отмечены в летописи под 862 г. в связи с раздачей полулегендарным варяжским конунгом Рюриком городов «мужам своим». Упоминает Нестор и народ весь: в его времена он сидел «на Белоозере» (озеро Белое, 1125 км2); историки относят его к прибалтийско-финским племенам и отождествляют с северным народом вису, о котором писал Ибн Фадлан.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Подтвердите, что Вы не бот — выберите самый большой кружок: